Министерство обороны Южной Кореи объявило о масштабной военной реформе, в рамках которой 500 000 военнослужащих пройдут подготовку по управлению беспилотными летательными аппаратами. Об этом на специальном брифинге 26 июня заявил министр обороны Ан Гю Бэк. По его словам, дроны должны перестать быть специализированным оборудованием для отдельных подразделений и стать «универсальным средством боя», доступным каждому солдату. «Мы стремимся подготовить 500 000 военных операторов БПЛА. Это будет "второе личное оружие" солдата, используемое наравне с обычным стрелковым оружием в повседневных боевых задачах», — заявил министр.

Главная причина столь амбициозного шага — уроки современных конфликтов. Как отметил Ан Гю Бэк, войны на Украине и Ближнем Востоке наглядно продемонстрировали, что дроны стали «ключевым элементом», коренным образом меняющим характер ведения боя. Если раньше на поле боя доминировали немногочисленные дорогие беспилотные системы, то теперь массовое применение недорогих аппаратов полностью переворачивает тактику. Министр подчеркнул: «Недорогие дроны, используемые в большом количестве, кардинально меняют характер войны». В ответ на это Южная Корея намерена сделать беспилотник таким же базовым инструментом солдата, как автомат или саперная лопатка.

План «500 000 воинов-дронов» строится на двух основных направлениях: предоставление каждому солдату возможности получить квалификацию оператора БПЛА и практический опыт, а также налаживание тесных связей между вооружёнными силами и отечественной индустрией беспилотников. Программа рассчитана не только на действующих военнослужащих, но и на резервистов — численность армии Южной Кореи в 2025 году составляла около 450 тысяч человек, то есть обучение планируется проводить с запасом, охватывая и резерв. Пилотные программы запустятся уже в 2025 году во всех родах войск, чтобы впоследствии стать общенациональной моделью. По задумке министерства, такая массовая подготовка не только усилит боевые возможности, но и даст увольняющимся военнослужащим востребованную гражданскую специальность.

Параллельно с обучением кадров идёт масштабное перевооружение. Изначально планировалось произвести 110 000 дронов к 2029 году для нужд армии, флота, авиации и морской пехоты, однако затем цифра была скорректирована до примерно 60 000, из которых 11 000 поступят в войска уже в 2026 году. Этого количества должно хватить, чтобы обеспечить беспилотником каждое отделение в вооружённых силах. Для нужд обучения министерство заложило в бюджет на 2026 год около 20,5 млрд вон (примерно 15 млн долларов) на закупку 11 184 малых тренировочных дронов, а в перспективе планируется приобрести более 50 000 аппаратов для учебных целей. Кроме того, военные намерены ускорить закупку более 20 000 недорогих одноразовых дронов и внедрить системы роевого управления на основе искусственного интеллекта.

Отдельное внимание уделяется противостоянию беспилотникам противника. План Сеула предусматривает расширение систем противодействия дронам, включая лазерное оружие и мощные микроволновые установки. Также будет ускорено развёртывание отечественного дальнобойного барражирующего боеприпаса K-LUCAS — дрона-камикадзе, способного зависать над целью и поражать её с последующим самоуничтожением. По имеющимся данным, эта система была создана на основе обратного инжиниринга иранского дрона Shahed-136.

Ключевым принципом программы является технологическая независимость. Ан Гю Бэк заявил, что Сеул будет опираться на компоненты, на 100% произведённые внутри страны, отказываясь от китайских деталей из соображений безопасности. Власти намерены пересмотреть правила закупок, чтобы ускорить внедрение гражданских технологий в военную сферу, и позиционировать вооружённые силы как крупнейшего покупателя, что должно стимулировать развитие отечественной экосистемы БПЛА. Министр провёл параллель с инициативой конца 1990-х годов, когда президент Ким Дэ Чжун ввёл компьютерное обучение для солдат — это помогло превратить Южную Корею в мирового IT-лидера. Аналогичным образом программа «воинов-дронов» может стать катализатором как военной реформы, так и промышленного роста.

Решение о тотальном переходе на беспилотные технологии продиктовано и демографическими проблемами. Сокращение населения вынуждает вооружённые силы Южной Кореи всё больше полагаться на автоматизацию и роботизированные системы для сохранения боевого потенциала. Кроме того, программа запускается на фоне обострения межкорейских отношений: Пхеньян активно развивает собственные беспилотные системы, что создаёт растущую угрозу для военных и гражданских объектов Юга. По данным разведки, Северная Корея ускоряет свою дронную программу, представляет новые беспилотные системы, расширяет испытательные полигоны и даже экспортирует дроны за рубеж. Министр Ан Гю Бэк также отметил, что КНДР получает технологическую помощь от России, что требует от Сеула безотлагательного и проактивного ответа.

Наконец, объявление плана происходит в непростой политической обстановке. В этом месяце суд Южной Кореи приговорил бывшего президента Юн Сок Ёля к 30 годам тюремного заключения за военный беспилотный инцидент с вторжением в КНДР, который, по версии обвинения, был направлен на оправдание его попытки ввести военное положение в 2024 году. Нынешний президент Ли Джэ Мён распустил командование дроновыми операциями после этих обвинений, и новый план призван заменить его организацией, сосредоточенной на политике, развитии потенциала и поддержке, при этом оставив оперативное управление отдельным воинским частям.